Валентина Иосифовна Казакова: «Собирали полынь на пшеничном поле, выкладывали булыжниками дороги, строили вручную первые в городе дома…»

- Родилась я в деревне Трифоновка, была такая раньше в Давлекановском районе. Когда началась война, мне исполнилось 10 лет. Я хорошо помню это время. В тот год всех детей отправили  на пшеничные поля собирать полынь, чтобы во время уборки она не попала в зерно. Мы каждое военное лето так на полях и проводили: с шести утра, как рассветет, и до позднего вечера полынь убирали. Закончила я всего 3 класса. Не до того было, детей  в семье 12 человек, а я самая младшая. Отец сильно болел, он еще с  финской пришёл весь израненный.  Одна мать работала. Вот так и пришлось нам всем  на поля идти.  Когда мне исполнилось  15 лет, я перешла на ферму.  Дали мне 10 коров, за ними я и смотрела: доила, кормила.  Потом руки сильно заболели, перевели меня телятницей. Помню, носили мы тогда лапти.  Зимой еще как-нибудь, а весной и осенью совсем плохо было. Они сразу намокают, ноги мерзнут, а на ферму – то надо идти. Она в соседней деревне была. Сейчас уже не понимаю, как мы смогли так прожить…А нас-то много в семье, ладно хоть отец сам умел лапти плести. Обувь у меня появилась, когда   уже  в Давлеканово переехала.  В 1952 году я вышла замуж, устроилась на работу  в Ремстройуправление, дали нам маленькую комнатку, квадратов восемь. Там мы и жили. Работала я разнорабочей. Дома двухэтажные тогда в городе только начали строить, я раствор делала. Помню, по трапу поднимали его на носилках на этаж строящегося дома. Весь труд тогда ведь ручной был. А еще дорогу мы выкладывали булыжником. В те времена много улиц в городе были с булыжными мостовыми. Камни мы тоже сами добывали в карьере. Он прямо в городе находился, на улице Энгельса, сейчас там дома давно уже построены.  Раньше, бывает, иду по улице и думаю: а ведь здесь столько  камней моей рукой уложено…После разнорабочей была я штукатуром-маляром. Все вот эти дома двухэтажные на улице Коммунистической я и штукатурила. Каждый дом. Нам корыта приносили на объект, лопаты, плотника давали в помощь и мы делали раствор. Сколько лопат переломались под его тяжестью тогда… Такой вот был очень тяжелый труд. Потом уже появились краны на стройках, намного легче стало.  Сейчас   я живу в одном из тех домов, которые и строила сама вместе со всеми, и штукатурила. Из моих братьев и сестер никого в живых давно уже нет,  даже двоюродных. Я одна осталась из всех. Вы спрашиваете, что бы я назад вернула? Ничего. Как было, так было. Жизнь прожила хорошую, много работала, детей родила, внуки-правнуки есть. Я только об одном жалею: все, кто в те далекие военные годы полынь с утра до вечера на поле пшеничном собирал,  сразу стали взрослыми. И я вместе с ними.  У нас не было детства. Не знаем мы, что это такое.  Вот чего мне жаль…